Сергей Григоров

Историк, политик

В руках с обломком шпаги

* OПросмотров: 831
-Левобережный район, памятники, Парк Дружбы

Статья для газеты «Что будет с Москвой», №5 (05) 2014

Дон Кихоты в политике и в жизни, или как Мигель де Сервантес прописался на «Речном вокзале»

В 1980 и 1981 году между Москвой и Мадридом состоялся примечательный обмен. «Обменяли хулигана», но не на Луиса Корвалана, а на Мигеля де Сервантеса Сааведру, более известного как автора бессмертного романа «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский». В 1980 году послу Советского Союза в Испании Юрию Дубинину пришла в голову идея в целях укрепления культурных связей между двумя странами обменяться памятниками. В итоге, в Мадриде, в парке «Фуэнте дель Берро» в компании других выдающихся писателей и поэтов во весь рост обосновался первый в Западной Европе Пушкин, авторства Олега Комова. А в Москве, в парке «Дружбы» у метро «Речной вокзал» поселился первый в России Сервантес, точнее, полная копия его памятника 1835 года с площади Кортесов, работы знаменитого Антонио Сола. Пьедестал и оформление парка вокруг памятника принадлежат отечественным архитекторам И.Н. Воскресенскому и Ю.В. Калмыкову. 

Длительное пребывание в России внесло в наряд господина Сервантеса существенные коррективы. На двадцатый год московской прописки отечественные вандалы узнали, что шпага отважного испанца плохо прикреплена к его костюму, и, естественно, сразу же ее выломали. Шпагу заменили. Ее выломали снова. И так несколько раз. К памятнику даже приставляли милиционера, но милиционерам тоже иногда надо спать, и шпагу опять выломали из ножен. В итоге власти смирились, и теперь Сервантес стоит лишь с обломком шпаги в руках. Правда, стоит отметить, что попытки вернуть отважному дону холодное оружие предпринимались. Ответственным за парк «Дружба» является «Мосзеленхоз», который отвечает, что несет ответственность только за зеленые насаждения, а не за Сервантеса. В Департаменте культуры города считают, что копию государство охранять не обязано, и поэтому все вопросы должны быть заданы местной власти. Управа же по вопросу шпаги Сервантеса посылает в «Мосзеленхоз», который за Сервантеса, пока тот не стал деревом, отвечать не намерен.

Придется сражаться обломком шпаги.

Таким людям, как Сервантес, выдерживать подобное приходилось не раз. Рожденный в семье провинциального дворянина, нищий идальго всю жизнь вынужден был бороться за свою честь, существование и доброе имя. Бороться с турками, пиратами, властями, церковью и литературными критиками. От столкновения с любой из этих сил в отдельности обычный человек опустил бы руки и провалился в преисподнюю уныния. Но не Сервантес. Потеряв в сражении с турками левую руку, будущий создатель Дон Кихота пошел вверх по лестнице военной карьеры. Поучаствовал в захвате Корфу и оккупации Туниса, отслужив во всех крупных гарнизонах Италии, Мигель де Сервантес засобирался домой, но вместо Испании попал в плен к алжирским пиратам. Пробыв в плену пять лет, организовав множество побегов для других заложников, Сервантес был выкуплен своей матерью и смог вернуться в Испанию. После возвращения на военную службу (с одной рукой и после 5 лет плена) Сервантес наконец-то немного успокаивается на гражданской должности: король назначает его сборщиком налогов. На этой «работе» будущий великий писатель спровоцировал финансовый конфликт с католической церковью, за что был ею же от нее же отлучен.  Оказавшись в тюрьме, он садится писать «Дон Кихота», который приносит ему долгожданную славу, несмотря на появление «подделок» и анонимных «продолжений» романа, в которых сам Сервантес подвергался низкой и похабной критике. Закончил свои дни знаменитый писатель, удалившись от мира, – монахом ордена францисканцев.

 Памятник Мигелю де Сервантесу в парке Дружбы в Москве

Как можно увидеть из биографии, со временем образ автора и образ главного героя – Дон Кихота – начинают сливаться в единое целое. А ведь Дон Кихот – редкий тип человека, возвышенный в 60-е годы, возвышенный в 80-е годы, в Перестройку, и образ человека, совершенно осмеянный в годы 90-е и в годы нулевые. Дон Кихот – герой, столь необходимый сейчас, защитник слабых и угнетенных, герой, который мог из крупицы добра вырастить справедливость, из крупицы самоуважения – бесстрашие перед сильными мира сего. Дон Кихот преображал бы нас, и никакие неудачи не могли его сломить. « Всякий раз упав, он вновь поднимается на горе врагам».

Как поет в финале спектакля «Человек из Ламанчи» великий актёр Владимир Зельдин, играющий Дон Кихота:

«Я иду, даже если не вижу пути,

Я не знаю, куда я приду,

Я иду, ибо кто-нибудь должен идти,

За всех – и себе на беду…»

Поделиться ссылкой: